бродяжил ту отвратительную жижу. Но Хелен ему бы этот кулак откусила. Она и так-то больно ужалила пальцем под рёбра, чтобы Лайнел прекратил гневно зыркать на ее драгоценную подругу.
Обратно они ехали в молчании. Просто наслаждались близостью душ. Лайнел смотрел на дорогу, одной рукой держась за руль, а вторая переплеталась пальцами с Элли и лежала у нее на бедре.
Львица едва заметно поглаживала его ладонь и от этого щемило в груди. Они справились, смогли отыскать путь, которым Священный Лев наградил их упрямые сердца.
— Заедем на заправку, — сказал Лайнел, замечая стрелку бака около красной отметки.
Хелен ждала его в машине, и была очень удивлена, когда Альфа вернулся к ней со стаканчиками кофе и коробкой клубничного пеперо, который жена очень любила.
— Уу, всей стае расскажу, что вожак балуется запрещёнкой! — рассмеялась Элли и принялась вскрывать упаковку.
— Разве я их буду есть? — вскинул бровь Лайнел.
Жена положила одну палочку в рот и повернулась к нему, чуть склонив голову на бок и стреляя глазами. Она подалась вперёд подбородком, и альфа не мог ей отказать. Он обхватил свободный край палочки и едва коснулся любимых губ, когда откусывал ее. Элли довольно улыбнулась и села обратно в кресло, будто не замечая, как пространство наполняется их феромонами.
— Элли, — тихо позвал Лайнел и положил ладонь на бедро в интимной близости. — С самого утра мой лев рвётся к тебе, не знаю сколько ещё смогу его удерживать.
Львица облизнула сладкие губы и отложила коробку в специальный отсек. Она метнулась глазами по сторонам, а после приблизилась и прошептала:
— Давай отъедем до ближайшей рощи и прогуляемся на лапах?
Просить дважды ей не пришлось.
В Ханте они были спустя несколько дней. Львы, отпущенные на свободу резвились, миловались и совершенно не желали передавать контроль над телами хозяевам.
Глава 45 Хелен
Все стало просто и правильно, как только они смогли принять друг друга. Хелен никогда не чувствовала себя так. Окрылено. Даже сила, струящаяся по венам в момент обращения зверя не давала таких глубоких чувств, как те, что она испытывала рядом с Лайнелом.
С ее истинным, ее любимым вреднючим котярой. Абсолютной идиллия между ними была недолго, да и немудрено. Характеры у обоих давали о себе знать.
Первое разногласие между ними случилось спустя пару недель после свадьбы Россов. Лайнел вышел из себя и обещал насадить провинившегося льва на вертел, а потом выгнать из стаи ко всем чертям.
Хелен справедливо заметила, то тогда с ним уйдёт и львица, на которой теперь красовалась свежая метка и вообще он полезен для стаи — никак нельзя выгонять.
Лайнел долго возмущался и не мог понять, почему Хелен не разделяет его чувств. И как вообще пара вожака может так легко относиться к нарушению законов стаи.
— Да законы не к черту, вот все их и нарушают, — ляпнула Хелен, заваривая в кружке чай. — Сам бы смог ждать целый год, когда у тебя перед носом машут хвостом? Да и претендентов может прибавиться. И потом, — рассуждала Хелен не смотря на мужа и не замечая его грозного взгляда. — Пол стаи на нее облизывалась — выйди она в круг, бойня бы длилась трое суток, не меньше. А может и без трагедий не обошлось. Так что они нам услугу оказали своим поступком.
— Ах, законы не к черту?! — только и смог взреветь Лайнел. Он в два прыжка приблизился и закинул львицу на плечо, хлопнув по заднице.
Хелен расхохоталась, а потом натянула маску возмущения и затарабанила кулаками по каменной спине. Чего это она должна за других отдуваться?!
Следующая ссора была настоящей. Лайнел ни в какую не хотел уступать. Хелен и так и эдак подмасливалась к нему и просила разрешить учиться. Речь шла всего лишь о заочном, в ближайшем человеческом городе, куда надо было бы выезжать на пару-тройку дней в полгода! Лайнел ничего не хотел слышать и всячески сворачивал тему, пока Хелен не прорвало, и она не ушла спать на диван.
Среди ночи львица проснулась от нехватки рядом родного тепла. И точно так же встала на притаившегося рядом льва, как Лайнел на нее однажды. Тот взвыл дурниной и чуть не вырвал себе хвост, пытаясь освободиться. Пришлось пожалеть и приласкать, забывая обо всех обидах.
А теперь у Хелен был новый секрет.
Она готовилась получить за это по шапке, но искренне считала свой поступок верным.
В планах было предупредить Лайнела в тот же день, вот только гости нагрянули на пару суток раньше.
Они с альфой возвращались домой, когда обнаружили на пороге огромного мохнатого льва. Нет, не так — львище. Увидев его, Хелен вспомнила слова мужа и подумала — ну точно медведь, а не лев. Не удивительно, что Лайнел ему проиграл, да тут бы и трое львов не справились.
Оборотень спокойно сидел, но взгляд алых глаз был тяжелым и таранил Лайнела.
— Что ты тут забыл? — взревел альфа, едва не оборачиваясь в зверя, но Хелен успела его удержать. Она встала между ними и в этот момент лев перетек в человеческую ипостась. Хелен сглотнула, поднимаясь взглядом по могучему рельефному корпусу цвета горького шоколада, а прежде чем она смогла рассмотреть лицо, Лайнел закрыл ей глаза.
— Что ты делаешь? — возмутилась она. — Перестань!
— Ещё раз спрашиваю, как вожак этой стаи… — зарычал Лайнел, но его перебил низкий, бархатный голос.
— Ты сопляк недоучка, а не вожак.
Хелен, наконец, смогла отцепить руку Лайнела от лица и набрала уже воздух в легкие, чтобы ответить, но сзади мужчины показалась утонченная женщина и с такой силой хлопнула ладонью ему по хребту, что эта громадина покачнулась, едва устояв на ногах.
— Сколько можно собачиться?! — недовольно поинтересовалась львица и откинула пальцами светлую челку с глаз. — Мы столько лет не виделись, а ты опять?!
— Мама, — едва слышно прошептал Лайнел и кинулся к ней, сгребая в объятия.
Хелен неловко переступила с ноги на ногу и пригласила отца Лайнела в дом. Муж смерил ее недовольным взглядом, на что львица только фыркнула и показала язык.
Как только они оказались внутри, Изабель — мама Лайнела увела Хелен готовить ужин. Хелен опасливо поглядывал на двух недружелюбно настроенных мужчин, но Бель заверила ее, что им нужно время наедине, чтобы унять свои обиды.
Было немного волнительно под изучающем взглядом свекрови, но они быстро смогли наладить разговор и Хелен выдохнула, не почувствовав недовольства в выборе пары их сына.
— Недаром боги наградили Лайнела истинной, этот упёртый ребёнок
